мартовский журнал

Когда мы были детьми, родители многих из нас не принимали от нас никакого другого результата, кроме "самого лучшего" - из лучших побуждений, конечно. Они хотели помочь нам выработать привычку сразу всё делать хорошо. Они делали нам замечания, критиковали и запугивали. Несмотря на то, что мы выросли и уже давно не живём с родителями, их критика и замечания могут продолжать звучать у нас в голове.

Многие из нас запутались в паутине, которая соткана из трех "П": взрослый ребенок думает, что он должен стремиться к совершенству во всём (Перфекционизм), и страх, что задание не удастся выполнить максимально хорошо, заставляет его откладывать работу (Промедление). Чем дальше откладываются дела, тем больше их накапливается, и, в конце концов, весь этот снежный ком обрушивается на человека, который из-за своих страхов не может уже ни с чем справиться (Паралич). Рано или поздно, человеку приходится нести за них ответсвенность. И реальность, в которой гора несделанных дел и невыполненных обязательств, оказывается куда печальнее, чем тот придуманный идеальный мир, в который мы так мечтали попасть. Ситуация получается даже печальнее, чем если бы мы сделали дела как-нибудь, в меру своих способностей, с ошибками и недочётами, но дела были бы сделаны и обязательства выполнены.

Дети родителей-перфекционистов обычно выбирают один из двух путей: или они продолжают без устали совершенствоваться и добиваться любви и одобрения родителей, или они сдаются и боятся достичь успеха. Первая категория ведёт себя так, будто все время соревнуется с кем-то за первенство: дом никогда не бывает достаточно убран, они никогда не бывают ничем довольны до конца - им всё время кажется, что можно было сделать лучше, они паникуют при малейшей ошибке.
А люди из второй категории - вынуждены быть неудачниками, потому что боятся слова на "У" - успеха. Добиться успеха для них означало бы капитуляцию перед властными родителями и их требованиями. И они продолжают терпеть поражение и оставаться неудачниками до тех пор, пока не заставят замолчать своего внутреннего критика и не избавятся от родительских внушений, звучащих у них в голове.

Я больше отношу себя ко второму варианту, и всегда завидовала тем, кто борется изо всех сил за "идеальный результат": мне всегда казалось, что такие люди хотя бы добиваются чего-то в жизни, в отличие от "неудачников", которые даже не берутся за какие-то дела, вечно откладывая их в долгий ящик. Пока не увидела, что это две стороны одной медали, выкованной из отрицания и неприятия себя. Что толку от достижений, когда они не делают никого счастливыми и их плодами даже некому воспользоваться. Жизнь человека становится счастливее и светлее, когда он учится принимать и любить себя таким, какой он есть, здесь-и-сейчас. Помня, что мы всегда совершаем лучший выбор, на который способны, и ошибки и недочёты - это естественные спутники на пути становления человека как зрелой и взрослой личности. У детей должна быть возможность ошибаться и понимать, что если они допустят ошибку, конец света не наступит. Только так вырабатывается уверенность в себе, которая потом помогает взрослым людям осваивать новые, неизвестные направления в жизни.

А вам знакомы муки перфекционизма? Можете ли вы позволить себе ошибаться и делать что-то неидеально? Удаётся ли вам принимать ошибки своих детей?

(Подготовлено по мотивам книги Сьюзан Форвард "токсичные родители")

Когда я была на семинаре Анхелины, мне написала девушка, с которой мы танцевали на прошлом семинаре. Она оставила во мне неизгладимый след, показалась такой тоненькой, хрупкой, весёлой, чудесной, с огромной улыбкой до ушей.  Мы добавились в друзья на фб, и мне её жизнь казалось сказочной - она смешивает духи, у нее какая-то очень красивая история любви с мужем, сплошной восторг, веселье и красота. И вот она мне пишет, что ей нужна правка на зачатие. Отлично, говорю я. И, подогреваемая Анхелиной, пишу, что это будут три встречи. Она на всё согласна, ждёт меня у себя. И, буквально на следующий день после окончания семинара, я еду через всю москву из южного Бутово в Митино. Ожидая, что окунусь сейчас в привычную и свойственную этому человеку лёгкость, чуть-чуть погрею и дальше поскачу. Приезжаю. И Аня начинает  мне рассказывать свою историю. Про долгожданную, но замершую беременность тогда, перед тем анхелининым семинаром. Про себя неопытную, докторов, которые настояли на чистке, а потом и повторной уже без наркоза, чуть ли не круглосуточных капельниц с антибиотиками, собственном спасении под расписку. И с тех пор она чувствует сильное напряжение в животе. А я слушаю тело и понимаю, что там не только живот, но и грудь, и плечи, всё очень напряжено и как будто отдельно друг от друга. И где-то в течение трёх часов я свидетельствовала тело, в котором было очень много холода и боли, страха, одиночества, покинутости. И рано о зачатии вести речь, сначала нужно закрыть то, что было. И во время ребозо-массажа я поставила всего два замка. Один на груди и другой на животе.
Прихожу через день, и Аня рассказала мне, что она почувствовала, когда живот был стянут ребозо:

Я увидела девятиэтажный дом,
А я как лифт.
И ребёнку не обязательно ведь на первый этаж.
Он может и раньше выйти. И на седьмом. Может, это и была цель его путешествия. И это нормально.

В этот раз её тело было гораздо мягче и теплее.
А я в очередной раз поразилась тому, каким обманчивым может быть первое внешнее впечатление, особенно, транслируемое в соцсетях.

ого! и вы уходите. а мы ещё аттестацию по русскому не сдалииии.... срочно навёрстываем. и будем пытаться попасть в жоховский класс в обычную школу)